О первых и последних и исповедании Христа

Всяк убо иже исповесть Мя пред человеки, исповем его и Аз пред Отцем Моим, иже на небесех. А иже отвержется Мене пред человеки, отвергуся его и Аз пред Отцем Моим, иже на небесех.

Вси святии, молите Бога о нас!

Сим побуждает к исповедничеству: не довольствуется верою, таимою в душе, но хочет, чтоб она исповедуема была и устами.

Он не сказал: иже исповесть Мя, а о Мне, то есть Моею силою: потому что исповедующий обыкновенно исповедует при помощи благодати, посылаемой ему свыше. Напротив об отрекающихся не сказал — о Мне, но Мене, и тем показывает, что отречение бывает тогда, когда не имеют высшей помощи. Всякий исповедающий Христа Богом, найдет Самого Христа исповедующим его пред Отцем Своим, как верного раба. Напротив те, которые отрекаются, услышат: не вем вас.

Иже любит отца, или матерь паче Мене, несть Мене достоин: и иже любит сына, или дщерь паче Мене, несть Мене достоин. Видишь, тогда должно возненавидеть родителей и детей, когда, то есть, они хотят, чтоб мы любили их больше, нежели Христа. Но что говорю об отце, матери и детях? услышь и больше сего:

И иже не приимет креста своего, и в след Мене грядет, несть Мене достоин. Кто, говорит, не откажется от настоящей жизни, и не предаст себя на поносную смерть (ибо так древние думали о кресте), тот недостоин Меня. Поелику же распинают многих, как разбойников и воров: то присовокупил: и в след Мене грядет, то есть, живет по Моим законам.

Тогда отвещав Петр рече Ему: се мы оставихом вся, и в след Тебе идохом: что убо будет нам? Хотя Петр, как человек бедный, по видимому, не оставил чего-либо большего, но знай, что на самом деле и он оставил многое.

Мы — люди — обыкновенно и за немногое держимся крепко, а Петр, кроме того, оставил все мирские удовольствия и самую любовь к родителям, отказался от сродников, от знакомых и даже от своей воли. А ничто так не приятно для человека, как своя воля. Впрочем и все означенные страсти восстают не только на богатых, но и на бедных. — Что же Господь?

Иисус же рече им: аминь глаголю вам, яко вы шедшии по Мне, в пакибытие, егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея, сядете и вы на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Исраилевома. Ужели в самом деле сядут, как говорит Господь? Нет. Под образом седения означено только преимущество чести.

Но ужели сядет и Иуда, который был там вместе с другими, когда Господь сказал сии слова? Также нет: ибо это сказано о тех, которые решительно последовали Христу, то есть до конца, а Иуда не до конца последовал Ему. Бог часто обещает блага достойным; но когда они изменяются и становятся недостойными, отнимает у них эти блага. Подобным образом поступает Он и с непокорными; часто грозит им, но не посылает беды, как скоро переменятся. Под пакибытиемразумей бессмертие.

И всяк, иже оставит дом, или братию, или сестры, или отца, или матерь, или жену, или чада, или села, имене Моего ради, сторицею приимет и живот вечный наследит. Дабы кто не подумал, что вышесказанное относится к одним ученикам, Господь распространяет свое обетование на всех, творящих подобное тому, что творили ученики.

И они, вместо сродников по плоти, будут иметь свойство и братство с Богом, вместо полей — рай, вместо каменных домов — горний Иерусалим, вместо отца — старцев церковных, вместо матери — церковных стариц, вместо жены — всех верных жен, не в брачном отношении — нет, но в отношениях духовных, в духовной любви и попечении о них. Впрочем Господь не просто, не без причины велит отделяться от домашних, но тогда, когда они препятствуют благочестию. Равно как, когда Он повелевает возненавидеть душу и тело, не следует, что должно убивать самих себя, но — что не должно щадить себя для соблюдения веры Христовой, когда потребуют того обстоятельства.

Когда же Марк (Мк. 10, 30.) при сем говорит, что с избытком получит еще в нынешнем веке; то это надобно разуметь о дарованиях духовных, которые несравненно выше земных и служат залогом будущих благ. Пользующиеся этими дарованиями бывают в великой чести, так что все люди с уважением просят их молитв, дабы для них получить божественную благодать. Заметь также, что Бог, как Благий, дает не только то, что оставлено нами, но — прилагает к сему и вечную жизнь.

Постарайся и ты продать имение свое и раздать нищим. А имение у гневливого его гнев, у любодея — его прелюбодейные вожделения, у злопамятного — памятозлобие, и прочие страсти. И так продай и отдай бедным, то есть неимеющим ничего доброго демонам, брось свои страсти виновникам страстей, демонам, и — тогда будешь иметь сокровище, то есть, Христа на небе, на небе, то есть, ума твоего. Ибо кто соделывается таким, каков небесный, тот имеет небо в себе самом.

Мнози же будут перви последнии, и последни первии. Здесь намекает на иудеев и язычников. Иудеи, бывши некогда первыми, сделались последними; а мы, язычники прежде последние, стали теперь первыми. А дабы ты ясно уразумел слова сии, Господь приспособляет к тому и следующую притчу.

Блаженный Феофилакт Болгарский

Комментарии запрещены.