Основа духовной жизни христианина

Предтеча Господень

Иоанн Предтеча и Креститель Господень

Св. Пророк Иоанн Предтеча сказал: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное(Мф. 3, 2). Другого пути, кроме покаяния, к Царству Небесному  нет и не будет! Так он призывал народ к покаянию.

Затем того, кто желал принять у него крещение, он вводил в воды реки Иордана…  И здесь человек исповедовал Иоанну Крестителю свои грехи. А Пророк в это время молился Богу о прощении его. Затем, по окончании исповеди, Иоанн Предтеча говорил: «Я крещаю тебя во имя грядущего Мессии», – и погружал его в воды Иордана.

Св. Ерм в книге «Пастырь» пишет: «Если бы Господь не даровал нам покаяние, то не спасся бы ни один человек». Святые Отцы говорят: «Первый дар благодати, первый дар Духа Святого – это познание своих грехов». Когда благодать коснется человеческого сердца, тогда человек почувствует, как он далек от Бога. Преподобный Антоний Великий перед смертью говорил: «Вся моя продолжительная жизнь была ни чем иным, как только лишь беспрерывным плачем о моих грехах!»…

Иногда мирские люди спрашивали у подвижников: «Почему вы всю жизнь свою проводите в плаче и покаянии, а многие в миру, совершают тяжкие грехи и между тем вовсе не считают себя грешниками?».

У святых Отцов есть такие примеры: когда вода мутна, в ней не видно ничего, когда она отстоится, то в ней можно различить и маленькие камешки, и песчинки. В темном погребе не видно грязи, но если луч света проникнет в него, то мы увидим там, в луче этого света, тысячи пылинок. Чем чище становится душа человека, тем яснее он видит свои грехи.

Что такое покаяние? О. Рафаил пишет, что, покаяние – это суд человека над самим собой до Страшного Суда. В мирском суде, чем суровее обвиняет преступника судья, тем более тяжкий выносится ему приговор…

А здесь, наоборот, чем строже совесть обличает человека, тем полнее его прощение, тем ближе его спасение. В чем состоит покаяние? Для того, чтобы оно было истинным, необходимы следующие условия:

Во-первых, сожаление о своих грехах. Во-вторых, чистосердечная исповедь пред священнослужителем – человеком, наделенным особым правом прощать и разрешать грехи. Но исповедь, не просто рассказ о своих грехах, а плачь о них. Ведь часто люди рассказывают о своих грехах без всякого покаяния, а иногда даже гордясь ими расписывая и сами подробности. Затем, в-третьих, человек должен решиться больше не повторять эти исповеданные грехи. Не быть, как сказал один митрополит, рецидивистом греха… Иметь решимость скорее умереть, чем согрешить снова. Есть древняя пословица: «Мудрый дважды не падает на одном месте». И, наконец, четвертое условие – человек должен стараться исполнять в своей жизни добродетели, противоположные прежде совершенным грехам. Вот тогда, наше покаяние и будет принято Богом.

Покаяние – это основа всей духовной жизни христианина. Почему мы же мы бываем, холодны даже в великие праздники? Почему, причащаясь, мы не чувствуем, как огонь и свет входит в наши сердца? Как сам Христос обретается там? А ведь каждый раз перед причастием мы со скрытым нетерпением, любопытством, и даже страхом, ждем этого чуда…Но ничего особенного не происходит…

Только потому, что мы не пробудили, не смягчили, не очистили душу покаянием. А нераскаянное сердце твердо как камень. Нераскаянное сердце – это дверь, закрытая перед Иисусом Христом. Есть древняя притча о том, как Господь послал Своих Ангелов, чтобы они принесли Ему то лучшее, что увидят они на земле. И каждый Ангел принес с земли дар Богу.

Не было лишь одного из них. Но вот явился и он и сказал Господу: «Я принес Тебе в дар слезу грешника. Я увидел, как ночью грешник, презираемый всем миром, один горько плакал о грехах своих и молился о прощении. Я взял его слезу и принес Тебе». И Господь сказал: «Это самый лучший дар. Слеза кающегося грешника – драгоценный дар для Меня!»…Итак, как память о смерти, укоренившись в человеческом сердце, дает ему мужество пережить все превратности нашей жизни на земле, дает ему глубокий мир, так и покаяние кончается небесным покоем и чистой радостью…

Святые Отцы указали нам различные пути ко спасению. Каждый из них обладал особыми добродетелями: преподобный Макарий Великий – смирением; авва Агафон – даром рассуждения; преподобный Сисой – огненной молитвой, во время которой сияло как солнце его лицо, и даже пальцы рук светились, будто унизанные горящими свечами; преподобный Ефрем Сирин – покаянным плачем; преподобный Моисей Мурин – милосердием, заботой о престарелых и больных монахах.

Одни служили Господу в безмолвии и уединении, предстоя Ему в молитве за весь мир, другие служили Богу в лице человека – своего ближнего. Кажется что существует много путей ко спасению, но какой из них самый легкий? Можем ли мы спастись без особых трудов, без изнурения своего тела? Есть ли такой путь? Оказывается есть! Есть такая лестница от земли до неба: один конец ее всегда у наших ног, а другой – у престола Божия.

Жил в некоем монастыре нерадивый монах: он часто опаздывал к службе, огорчал этим остальных и вынуждал гневаться игумена. Иноки роптали и даже просили настоятеля изгнать его. И вот этот монах заболел, болезнь усиливалась, и он уже приближался к смерти. Огорчены были монахи, что погибнет душа несчастного. Собрались они у одра его, чтобы облегчить предсмертные страдания своей молитвой, но что, же видят они? Этот монах умирал смертью праведника. Лицо его выражало спокойствие и радость.

Когда он немного очнулся, братия спросили: «Какое утешение получил ты от Бога? С кем ты беседовал, как с близкими родными своими?» И умирающий, собрав последние силы, отвечал: «Братия, вы знаете, что я жил недостойно, и вот я увидел, как демоны окружили мой одр, в руках их была хартия – лист, сверху донизу исписанный моими грехами; они приблизились ко мне, Ангел же хранитель мой стоял вдалеке и плакал. И вдруг я услышал голос с неба: «Не судите, да не судимы будете! Этот монах не осудил никого, и Я прощаю его!» – и тотчас хартия в руках демонов загорелась, и они с воплями исчезли. Подошел ко мне Ангел и приветствовал меня, и я говорил с ним. Братия, – продолжал он, – после принятия монашества я не осудил ни одного человека!» «Братия, – сказал он еще, – вы осуждали меня и осуждали справедливо, а я, грешный, не судил никого». И так он почил смертью праведника.

Поэтому нам нужно помнить, что каждым грехом своим мы оскорбляем величие Божие. Апостол Павел говорит: Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? (1 Кор. 3, 16). А мы оскверняем этот храм своими грехами, разоряем его. Достоинство, совершенство Господа бесконечно, поэтому и оскорбление, которое мы наносим Богу, совершая грех, – огромно…Господь благоизволил по милости Своей, как бы уравнять Себя с людьми, Он сказал: «Если вы отпустите ближнему грех, то и Я отпущу вам долги ваши; вы простите – и Я прощу; вы не судите – и не будете судимы».

В Священном Писании, в «молитве Манассии», сказано: «Аврааму, и Исааку, и Иакову, не согрешившим Тебе…» Св. Димитрий Ростовский говорит: «Все люди грешны, даже праведник пять раз в день падает и встает, как написано в притчах», – конечно, падение его, может быть не как наше, но падение где-то в мыслях, в глубине сердца: «Никто не чист от греха, хотя бы прожил на этой земле один день»…А как же Священное Писание говорит, что Авраам, Исаак и Иаков не согрешили пред Господом? Неужели же Писание ошибается? «Нет! – говорит святой Димитрий Ростовский. – Авраам, Исаак и Иаков не имели злого чувства ни к кому, они всех прощали, они не судили никого, они не желали несчастья ни одному человеку – даже врагам своим. Они не погрешили пред Богом грехом злобы»…

Однако некоторые говорят: «Если мы будем прощать все грехи, то зло возрастет, грешники будут становиться еще наглее, они ведь нам на голову сядут…». Но чаще бывает наоборот: когда человеку оказывают милосердие, в душе его все, же пробуждается совесть, а зло наоборот, только умножает зло. Про святого епископа Аммона рассказывают, что к нему привели на суд женщину, которая обвинялась в грехе прелюбодеяния (тогда епископ выполнял и роль судьи). Посмотрев на несчастную, святой епископ сказал: «Ты зачала ребенка, роды твои будут трудными».

Затем обратился к своим служителям: «Дайте ей десять аршин полотна: если она умрет во время родов, то оно будет ей саваном, а если родится ребенок, то оно пригодится для него». И отпустил женщину, не наказав ее и не дав никакой епитимии. Тогда одна дева, присутствовавшая на суде и жаждавшая, чтоб порок был наказан, закричала: «Этот епископ, наверно, безумный!» На это святой ответил ей: «Долгие годы я молился в безмолвии в пустыне, чтобы стяжать это безумие, и теперь не желаю расстаться с ним, не променяю его ни на какую мирскую мудрость». То есть он достиг такой степени совершенства, что не видел уже зла в людях. И в данном случае он своим мудрым поступком привел грешницу к глубокому покаянию, напомнив ей о смерти, спас ее душу.

>В другой раз пришли к нему монахи одного монастыря и стали жаловаться на монаха, который пал так низко, что к нему ночью приходила женщина, и стали требовать от преподобного Аммона, чтобы он изгнал этого монаха, сняв с него иноческие одежды. Епископ отказался: «Я не поверю, пока не смогу убедиться в этом сам».

И вот монахи проследили, как блудница зашла в келью, этого несчастного инока, и сообщили об этом епископу – и он сказал: «Пойдемте вместе». Постучались в дверь к монаху; тот, трепещущий от страха, вышел им навстречу. Епископ с братией вошли в келью. Аммон догадался, что монах спрятал свою ночную гостью под стоявшую в кельи бочку; он сел на эту бочку и сказал монахам: «Обыщите все углы комнаты». Те начали искать, залезли в погреб, но никого, конечно, найти не смогли. Никто из них не посмел попросить: «Встань, Владыко, мы посмотрим под бочкой».

Постояв, они сказали: «Мы никого не нашли». Аммон ответил им: «Видите, как вы согрешили? Идите и кайтесь». А сам остался с тем монахом, подошел к нему, не сказав и слова в укор, а, только, взяв его за руку с любовью, шепнул ему тихо: «Брат, брат, следи за душой своей, помни, как коротка эта жизнь», – и вышел. Эти слова так поразили грешника, что он тут же дал пред Богом слово никогда больше не согрешать и, прогнав ту женщину, впоследствии стал добрым подвижником и свое спасение приписывал милосердию Аммона: его могли изгнать с позором, и тогда, уйдя в мир, он бы уже совершенно бесстыдно погрузился в бездну грехов…

Но есть и другие примеры!!! В некоем храме служили две девственницы. Служили усердно, с юных лет посвятив себя Богу, они почти не выходили за ограду храма. Но страдали при этом пороком осуждения. Осуждали они богомольцев, осуждали священников, дерзость их простиралась даже до осуждения епископа, как будто дьявол держал в руке своей их языки… На каждом почти приходе есть такие люди – какой-то гибрид между человеком и змеей, если позволите сказать: туловище человека, а голова змеи. Мы с вами ведь, тоже часто встречаемся с такими людьми,  одержимыми духом злословия и осуждения, но считающими себя борцами за правду…

Епископ той области увещевал сестер, но ничего не помогало. Тогда он дал им епитимью. И вот, находясь под епитимьей архиерея, эти девы заболели и умерли. Так как они всю жизнь посвятили служению в храме, то их похоронили внутри церкви. И что же? Когда шла Литургия и диакон возглашал: «Оглашенные, изыдите!», то многие из молящихся видели, как две тени выходили из гробницы.

Приклонившись низко к земле, как преступники, словно стыдясь даже посмотреть на свет Божий, они выходили тихо из храма – это продолжалось долгое время. Священник понял, что эти несчастные души не имеют места в Церкви Небесной, и потому Господь зримо выгоняет их из храма, но еще – что Он изгоняет их из милости к ним, чтобы видевшие это усилили молитву за них. Он сообщил об этом архиерею, тот пришел в церковь и просил собравшихся, чтобы все встали на молитву; они молились об упокоении сестер. Епископ попросил, чтобы верующие простили этим умершим девам все, что кто имел против них, так как почти все были оскорблены и задеты их языками; и весь народ сказал: «Да простит их Господь». Тогда архиерей подошел к гробнице и прочел разрешительную молитву. После этого во время Литургии тени уже больше не появлялись…

Про некоторого святого старца рассказывают, что когда он заночевал в одном селе, возвращаясь в монастырь, то услышал, как селяне бранятся друг с другом, употребляя самые грязные, бранные слова. Тотчас он встал на колени и начал горячо молиться. И предстал пред ним Ангел Божий с огромным мечом и сказал: «Этим мечом будут поражены все, кто осуждает ближних своих: блажен ты, что слыша эту брань, которая была попущена тебе в искушение, никого не осудил, а стал молиться! За это благословение Божие будет на тебе»…

Оказывается неосуждение, по словам святых отцов – самый легкий путь ко спасению, но как часто мы забываем о нем! Не только прощение наших грехов, но даже мера благодати Божьей, как бы в наших руках, потому что Господь сказал: каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить! (Мф. 7, 2). Спасение и благодать – это дар Божий, но условие для принятия его – прощение всех людей.

Тот, кто искренне прощает человека, и первый идет с ним мириться, тот уже больше никогда в жизни не вспоминает несправедливости, причиненной ему. Кто искренне прощает, тот так же искренне желает добра тому, кого он простил, как лучшему своему другу. А самый главный признак того, что мы простили нашего противника, – мы горячо молимся за него и желаем ему в глубине своего сердца всех благ и в вечной, и во временной его жизни.  Как мы хотим, чтобы Господь относился к нам, так и мы должны относиться к каждому человеку!

У нас же повсеместно распространенное наше лицемерное ощущение и понимание, того, что будто бы мы своим осуждением, можно принести пользу тому человеку, которого осуждаем, хочем помочь ему, избавить его от его недостатков, вырвать сучок, как образно сказано в Евангелии, из глаза ближнего своего. Сучок, который к тому же, в глазах осуждающего обычно вырастает до размера бревна. И настолько часто глаза ближних переполнены «бревнами», что зритель этих «бревен» оказывается неспособным видеть ничего уже в своих собственных очах.

Но довольно при свете своей совести посмотреть на себя со стороны и спросить: «Для того ли ты говоришь свои осуждающие слова, чтобы помочь человеку избавиться от его греха?» — как все станет ясно. Очень немногие осуждают, искренне желая помочь человеку избавиться от его грехов. Обычно за счёт чужих грехов происходит самоутверждение в своей мнимой праведности и мудрости. Да откуда взяться в нас этой праведности и мудрости…Мы все еще, только в начале пути, и подай Господи нам не сойти с этой дистанции…

Обличать же греховные тенденции, вообще довольно бессмысленно. Это приводит лишь ко взаимному раздражению…Только когда у человека слабая психология, и не очень остро выраженная чувствительность, он может реагировать на обличения вполне спокойно. Иногда человек спокойно реагирует на обличения, и по причине чрезвычайно высокой гордости (известный пример монаха из книги аввы Дорофея, который не обижался на обидчиков лишь потому, что считал их хуже собак).

Для того, чтобы увидеть по-настоящему чужие греховные тенденции, необходимо прежде увидеть себя самого и освободиться от собственной порочности, потому что лишь при этом условии можно с любовью видеть греховное горе другого человека. А иначе, будешь это либо неправильно  видеть, и неправильно квалифицировать; и, не имея опыта собственного освобождения, никогда в жизни, не сможешь помочь другим…

Великое благо для всех нас, пока мы еще живы — научиться любить, прощать и не осуждать. Но, вспомните, как тяжело это дается нам на практике… Но и этому нам надо все же научиться, при помощи постоянного контроля за самим собой «любимым», за своими поступками и делами…

Поэтому будем помнить о том, что душа человека становится, намного лучше, живее, честнее, светлее, добрее и божественнее, когда в ней пробуждается, сначала почти нехотя, а потом и сознательно, а потом — и с большой силой любовь к тому, чтобы прощать и любить своего ближнего. Начнем этот путь, конец которого бесконечен, потому что он для нас, в бесконечной вечной жизни во Христе…

Обсуждение закрыто.